Кое-что о совсем тонких материях в отношениях моих любимых героев: Макарова и Котова.
О римейках в жизни
Есть такой пятидесятилетней давности фильм, «Свидетель обвинения» (в оригинале Witness for the Prosecution, т.е. «Свидетель судебного преследования»), снятый в 1957г. по роману Агаты Кристи, и считающийся классикой американского кино. Марлен Дитрих там играет, Чарльз Лаутон тоже, режиссер Билли Уайлдер, в общем, для ценителей ретро, самое то. Сюжет этого фильма прост: любящая жена ради своего любимого мужа идет на лжесвидетельство, а вышедший в результате этого из тюрьмы муж платит ей за это черной неблагодарностью. Такие сюжеты популярны во все времена, от Эсхила и Аристофана (это древние греки такие) до наших дней. А потому не только в кино, но и в жизни постоянно происходят, что называется, римейки этой старой, как этот лучший из миров, истории.
Вот и послушав в разных СМИ откровений любимого героя моих повествований, Ильи Котова, о том, как он страдает за ныне посаженного председателя Комитета рекламы г.Москвы В.Макарова, и как он убежден в его невинности и чистоте помыслов и замыслов, я признаться, подумал: вот он римейк, вот он. Порядочный бизнесмен помогает всеми силами арестованному чиновнику, а как тот отплатит? Конечно же, Илья не жена Макарову и даже не любовница (Макаров точно не по этому делу), да, и в бизнесе Владимир Петрович был несколько привередлив, не всякий партнер ему подходил. Но в словах Котова я услышал, все-таки, некое искреннее (и редкое в нынешнее время) чувство и подумал, может, и вправду Котов приложит все усилия для его освобождения из тюрьмы? А я, в очередной раз, пойму, что ничего не понимаю в людях. И как же, как же, оценит вышедший на волю стараниями Котова чиновник заслуги порядочного коммерсанта? А как обманет, по выходе из узилища, ожиданий Котова?
Жизнь же всегда вносит свои коррективы. Хорошо проверенные (другими не пользуюсь) слухи говорят о том, что Илья Котов, попал под действие механизма защиты свидетелей и стал, говоря по-простонародному, «охраняемым» и, чуть ли, не «засекреченным» свидетелем в уголовном деле, возбужденном против Владимира Макарова. Впрочем, Илья и раньше временами вел себя странно, ездил на машине, которую трудно назвать иначе, чем «броневик», в некоторых беседах с разными собеседниками, бывало, проговаривался, что «за кое-что в своей жизни боюсь». Признаться, а поначалу думал, что Котов просто набивает себе цену. Дескать, вот, какой я важный член общества, вот, сколько у меня проблем. Ну, или просто думал, свихнулся важный предприниматель, окосел от общения с одними охранниками, да отставными милиционерами. Как известно, в последнее время у Котова общения со своими коллегами по бизнесу, как-то, особо не наблюдается. Повыгоняли его из всяких общественных организаций «наружников», потому на их заседаниях блистать теперь ему затруднительно, в общем, со всеми переругался. Затоскуешь тут в броневиках. Однако, видимо, я ошибался и тут.
Что же подразумевает статус «охраняемого» свидетеля? Во-первых, это означает, что Котов начал давать какие-то показания по делу Макарова. А какие он мог дать показания? Это по радио можно рассказывать, как он любит Макарова и как он за него горой стоит. Логично же рассуждая, что может рассказать следователям Котов о Макарове? Исключительно только сдать известные ему макаровские художества (это, если не пользоваться обязывающими формулировками) в области московского outdoor. Во-вторых, а какими такими макаровскими секретами обладает Котов? В первую очередь, теми, которые касаются их совместных шахер-махеров с Макаровым, ибо лучше него, кто их знает? Никто. Что касается иных знаний, то с ними, как показывает практика, у Котова тоже своеобразно получается, ни одно из инспирированных им (в том числе и совместно с Иванцовым) уголовных дел против его клятых врагов в наружной рекламе не привело ни к чему другому, кроме как к ведению следственных действий против его любимых друзей (на словах) из Комитета рекламы г.Москвы. В общем, надо очень постараться в усилиях по сдаче Макарова, чтобы получить статус, включающий, такие, согласно Закону «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», возможности:
«1) личная охрана, охрана жилища и имущества;
2) выдача специальных средств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности;
3) обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице;
4) переселение на другое место жительства;
5) замена документов;
6) изменение внешности;
7) изменение места работы (службы) или учебы;
8) временное помещение в безопасное место;
9) применение дополнительных мер безопасности в отношении защищаемого лица, содержащегося под стражей или находящегося в месте отбывания наказания, в том числе перевод из одного места содержания под стражей или отбывания наказания в другое».
Есть в этом Законе даже другое. «По решению органа, осуществляющего меры безопасности, может быть наложен запрет на выдачу сведений о защищаемом лице из государственных и иных информационно-справочных фондов, а также могут быть изменены номера его телефонов и государственные регистрационные знаки используемых им или принадлежащих ему транспортных средств».
Честно говоря, все это уже не похоже на шутки. Можно сколько угодно иронизировать о выдаче Котову персонального противогаза для передвижения по Москве никем не узнанным, или о том, камера в какой тюрьме г.Москвы будет наиболее подходящей для Котова с точки зрения безопасности, но органы, принимающие решение о взятии под защиту свидетелей, иронизировать не способны. У них все всерьез. С другой стороны, Владимир Макаров не очень похож на крутого мафиозо, способного «достать» из тюрьмы проходящего по его делу важного свидетеля. Что-то здесь одно с другим не вяжется. А что, если причина нынешнего положения Котова в другом?
Такая, вот, версия
Начну издалека, посмотрим на далекую от наружной рекламы отрасль – сотовую связь. По словам ныне известного всей стране лондонского узника – Чичваркина, некоторые высокопоставленные офицеры и генералы из весьма непростого Управления «К» МВД России полностью поставили под свой контроль розничный рынок «трубок», т.е. мобильных телефонов и сопутствующей им техники. Собственно говоря, речь идет не о том, чем Управление «К» должно заниматься по долгу службы, т.е. бороться с контрабандой, и контролировать данный рынок с такой точки зрения. А о том, что, как говорят в темных коридорах, заодно с этой борьбой некоторые (естественно, отдельные и неустановленные) сотрудники разобрались, кто и как зарабатывает в этой отрасли, да, и поставили под контроль все структуры, торгующие такой техникой, так, что те сочли за благо «делиться» со своими покровителями. Естественно, гарантами таких отношений стали хорошо и в нужных местах расставленные кадры, блюдущие интересы своих хозяев.
К чему это, я? Учитывая беспредельную любовь Котова к общению с людьми в погонах (хоть отставными, хоть действующими) и глядя на его постоянные попытки не мытьем, так катаньем получить контроль над наружной рекламой в Москве, я задаюсь вопросом, а для чего, и на пользу кому это делается? Выскажу следующую версию: некие генералы (образ собирательный) задумали поставить под контроль московский outdoor. Известно, что в этом бизнесе крутятся приличные деньги (не недвижимость, конечно, но тоже ничего), и на этот бизнес очень сильно влияют административные решения. То есть, при помощи административных решений можно легко влиять на сумму прибыли работающих в нем предпринимателей, как вообще, так и на каждого, в частности. Что нужно для этого? Понять, каким образом тут зарабатывают, и поставить своего человека для регулирования в нужном направлении этих заработков. Однако outdoor-бизнес – бизнес своеобразный, сразу во всем не разберешься, а потому для решения этих вопросов нужен консультант. Лучше из самого этого бизнеса. Подходит ли под такие параметры Котов? Да, подходит. Посмотрите на все последние за несколько лет действия Котова под этим углом зрения. Попытки накинуть удавку на московский outdoor с помощью ГОСТа, а потом, технического регламента, и, вот, теперь участие в уголовном деле против Макарова. Сначала подготовка: заведение уголовных дел на Менчука и самого Макарова, арест Гаврилова, а потом и сама акция. Зачем такая обстоятельная подготовка, да просто так же Владимира Петровича не снимешь, мэра Москвы просто так не обойдешь, вопреки нему чиновника не назначишь. Теперь, даже если Макаров отделается условным сроком, Комитет рекламы все равно получит нового начальника. Объяснять не буду, сами понимаете. Реализуется то самое кадровое решение. Назначается тот самый чиновник, который будет разруливать отрасль наружной рекламы в Москве в нужном кому-то направлении? Конечно, назначить «того самого» - это отдельная история, непростая и запутанная, но скоро мы с вами ее все равно увидим, а, заодно, и узнаем, насколько я оказался прав в своих предположениях или тупо начитался конспирологических книжек.
А так все хорошо начиналось. Порядочный бизнесмен (Котов) помогает порядочному чиновнику (Макарову). И Агата Кристи. |
